Panama Papers: как богатые прячут миллионы в офшоры при разводе

panama papers, рыболовлев прятал в офшоры, офшоры при разводе, спрятать имущество в офшоры от жены, делятся ли офшоры при разводе,

Перевод расследования ICIJ «How the One Percenters Divorce: Offshore Intrigue Plays Hide and Seek with Millions» By Will Fitzgibbon

Кристоферу Вильямсу пришлось прождать около 90 минут в офисе вертолетной компании на гавайском острове Кауай, пристально глядя за парковкой аэропорта. В его руках были судебные документы, готовые к передаче русскому миллиардеру, который вел ожесточенный бракоразводный процесс. Маленькая видеокамера Кристофера запечатлела момент. Внезапно он открыл дверь и понесся вниз по ступенькам к веренице белых внедорожников. В одной из этих машин находился Дмитрий Рыболовлев, российский предприниматель и бывший владелец Уралкалия. Его жена Елена заявляла, что Дмитрий скрывает деньги от раздела имущества.

— Для Дмитрия, — произносит Вильямс, протягивая документы в открытое окно водителя. Он обменивается коротким взглядом с Рыболовлевым, водитель давит на газ и уезжает прочь.

— Выполнено! — кричит запыхавшийся Вильямс.

panama papers, рыболовлев прятал в офшоры, офшоры при разводе, спрятать имущество в офшоры от жены, делятся ли офшоры при разводе,
Дмитрий Рыболовлев с дочерью Екатериной, фото: Photo: AP Photo / Lionel Cironneau

Гонка Вильямса была всего лишь эпизодом в глобальной охоте на активы в одном из самых ожесточенных бракоразводных процессов в мире. Он хорошо демонстрирует, какие усилия должны приложить супруги, их юристы и профессиональные ищейки для поиска сокрытых богатств среди многочисленных офшорных компаний и трастов.

Детали бракоразводного процесса Рыболовлевых и многих других содержатся в секретных файлах, которые попали в распоряжение к ICIJ — Международному консорциуму журналистских расследований, немецкой газете Süddeutsche Zeitung и их медиа-партнерам. Более 11 миллионов документов, относящихся к периоду с 1977 по декабрь 2015 года, позволяют заглянуть за кулисы международной юридической фирмы из Панамы Mossack Fonseca, которая помогает своим клиентам создавать офшорные убежища.

Семейное мошенничество?

— Нечестный муж — почти такой же мошенник, как и Бернард Мейдофф, — сообщает Мартин Кинни, специалист по обнаружению активов на Британских Виргинских островах, который работал в интересах жен из России, Великобритании, Швейцарии и США. — Эти офшорные компании и фонды — инструменты в игре в прятки.

В основе иска Елены Рыболовлевой было утверждение о том, что ее супруг, занимающий 14 место в общероссийском рейтинге самых состоятельных людей Форбс, использовал офшоры для сокрытия недвижимости и прочего состояния. Документы, которые Вильямс передавал ему в тот день, касались пентхауса в Нью-Йорке стоимостью 88 миллионов долларов.

Елена считала, что эта покупка была совершена в нарушение постановления швейцарского суда о заморозке активов Рыболовлева. Адвокат Елены заявлял, что на кону были гораздо большие сокровища: Рыболовлев контролировал офшорную компанию, которая использовалась для приобретения предметов искусства на сумму $650 миллионов.

Десятилетиями супруги — в большинстве случаев мужчины, входящие в 1% самых богатых людей планеты — обращались в компанию Mossack Fonseca за помощью в сокрытии активов от своих будущих бывших жен. И компания, не колебаясь, им эту помощь оказывала.

В Таиланде фирма предлагала услуги мужьям, которые просили в е-мэйлах «серебряные пули» на случай, если жена когда-нибудь попытается обобрать их до нитки. В Эквадоре работники Mossack Fonseca продавали подставные компании покупателям, которым «нужно приобрести панамскую корпорацию для трансфера активов накануне развода». Работники люксембургского офиса шутили между собой, когда нужно было помочь очередному мужу, голландцу, который пожелал защитить свои активы от неблагоприятных результатов развода, маячившего на горизонте.

Поставщики офшорных услуг, которые умышленно уводят активы супруга за пределы досягаемости жены, могут ответить по суду, говорят эксперты.

— Чем ближе развод в момент, когда эти люди предпринимают такие меры, тем выше вероятность, что активы станут предметом брачного мошенничества, — поясняет Сэнфорд К. Эйн, адвокат по разводам из Вашингтона.

Эйн работал над такими сложными делами, где приходилось держать при себе запутанную схему банковских счетов супруга, его компаний и трастов. На один только поиск активов требуется 2-3 миллиона долларов.

Мишель Янг, участница хорошо известного бракоразводного процесса, в 2014 году даже основала организацию, которая помогает обманутым экс-супругам ориентироваться в запутанной британской судебной системе.

— Это кровавый спорт, — говорит Янг. — Если у тебя недостаточно средств, ты мертв и похоронен.

Янг потратила 7 лет и миллионы долларов, отслеживая активы своего бывшего мужа, застройщика Скота Янга. Он пользовался услугами Mossack Fonseca и других поставщиков офшорных услуг для управления своей запутанной финансовой империей, которая включала фирмы и счета в России, Монако и на Британских Виргинских островах.

panama papers, рыболовлев прятал в офшоры, офшоры при разводе, спрятать имущество в офшоры от жены, делятся ли офшоры при разводе,
Мишель Янг (вторая справа) и другие члены «Клуба первых жен», фото: Amelia Troubridge for the Observer

В 2013 году Янг присудили $32 миллиона в бракоразводном процессе. Вскоре после того, как Скот Янг подал апелляцию на решение, он упал (или спрыгнул) из окна своей лондонской квартиры на 4 этаже. Его подружка рассказала, что Скот намеревался спрыгнуть. Однако власти не могут с уверенностью сказать, совершил ли он самоубийство или просто упал.

— Мы не участвуем в управлении компаниями наших клиентов, — комментируют в Mossack Fonseca. — Мы не владеем и не храним деньги наших клиентов, за исключением платы за свои услуги, и не имеем ничего общего ни с какими финансовыми аспектами, касающимися их бизнеса. Мы сожалеем, если учрежденные нами компании или оказанные услуги были использованы для злоупотреблений, и мы предпринимаем все возможные меры, чтобы выявить и пресечь подобные инциденты.

Потерянная любовь

Дмитрий Рыболовлев женился на Елене, студентке, в которую он влюбился во время учебы в университете на Урале, в 1987 году. В течение следующих 20 лет у пары родились двое детей, они переехали жить в Швейцарию и сделали огромное состояние. Дмитрий стал известен как русский Король Удобрений. Они были, как позже скажут юристы, сказочно богаты.

В декабре 2008 года Елена Рыболовлева подала на развод, ссылаясь на «длительный период напряженных семейных отношений». По швейцарским законам каждому из супругов причитается равная доля в общем имуществе. Однако решить, какие активы должны участвовать в разделе, было не так просто. Вместе с ростом благосостояния Рыболовлевых усложнялась сеть используемых офшорных компаний.

Например, в 2002 году Моссак Фонсека учредили на Британских Виргинских островах компанию Xitrans Finance Ltd. Офшорная фирма представляла собой лишь почтовый ящик в солнечной Тортоле, но это не мешало ей быть мини-Лувром: компания владела полотнами Пикассо, Модильяни, Ван Гога, Моне, Дега и Ротко. Она также покупала столы и буфеты времен Луи XVI, изготовленные величайшими парижскими мастерами.

panama papers, рыболовлев прятал в офшоры, офшоры при разводе, спрятать имущество в офшоры от жены, делятся ли офшоры при разводе,
«Свадьба Пьеретты» Пикассо, одно из полотен, которыми владеет офшор Xitrans Finance Ltd. фото: AP Photo / Remy de la Mauviniere.

Согласно протоколу судебного заседания, направленному через электронную почту Моссак Фонсека в январе 2009 года, как только брак начал разваливаться, Дмитрий использовал Xitrans Finance Ltd, чтобы переместить все эти предметы роскоши из Швейцарии в Сингапур и Лондон, вне пределов досягаемости супруги. Компанией управлял семейный траст Рыболовлевых, однако акциями ее владел лишь Дмитрий, хотя Елена заявляла, что Кситранс покупал активы «от имени ее и ее супруга».

В 2014 году по прошествии многолетних юридических баталий швейцарский суд присудил Елене 4,5 миллиарда долларов. Апелляционный суд впоследствии уменьшил эту сумму до 600 миллионов, исключив из раздела средства, хранившиеся в кипрском трасте Рыболовлева. Дмитрий и Елена Рыболовлевы отказались прокомментировать ситуацию.

Равные ошибки

Жены также не могут противостоять искушению использовать офшорные убежища. В 2004 году сотрудники Моссак Фонсека встретились с Марселой Дворжак, женой отставного генерала Антонио Ибарсена Амико, бывшего главнокомандующего флотом Перу и друга экс-президента Альберто Фухимори. Вскоре после окончания режима Фухимори в 2000 году супруг Дворжак был осужден за коррупцию и растрату за его роль в сделках с вооружением.

Файлы показывают, что работники Моссак Фонсека были обеспокоены сообщением в СМИ о том, что члены семьи Дворжак использовали офшорную компанию для отмывания денег через покупку недвижимости и ее банковский счет. Название компании, упомянутое в СМИ, было похоже на название одной из двух компаний Дворжак, зарегистрированных через Моссак Фонсека, — Alverson Financial S.A. В Моссак Фонсека подозревали, что журналисты допустили неточность в наименовании компании, и речь идет об одной из их фирм.

Чтобы прояснить ситуацию, Дворжак посетила штаб-квартиру Моссак Фонсека в Панаме. В присутствии своих адвокатов она заверила сотрудников юридической фирмы, что Alverson Financial S.A. фактически является ее компанией, и что все было сделано «прозрачно, легально и юридически чисто». Ее компании использовались только для сокрытия активов от супруга.

— Она в течение нескольких лет жила отдельно от супруга, чиновника в правительстве Фухимори, и компании были нужны для защиты унаследованной ею собственности от родственников на случай возможного развода, — отчитываются сотрудники Моссак Фонсека во внутренней переписке.

Юристы Дворжак подтвердили, что она «не хотела, чтобы он знал о том, чем она владеет», гласит записка с собрания, распространенная среди работников Моссак Фонсека. После обсуждения ситуации Моссак Фонсека приняли данное Дворжак объяснение, и она осталась клиентом фирмы.

Годами позже власти Перу провели в отношении Дворжак расследование по факту отмывания денег. Сейчас она живет в Чили и не вернулась в Перу, чтобы ответить по предъявленным обвинениям — в том, что она использовала счет в панамском банке для хранения денег от коррупционных сделок с оружием, за которые был осужден ее супруг. Семья Ибарсена — Дворжак отрицает какие-либо нарушения и считает обвинения в Перу политически мотивированными. Дворжак отказалась прокомментировать ситуацию.

«Гнилая система ценностей»

Как и у Рыболовлевых, развод Николы Джой и Клайва Джой-Моранчо был дорогим и широко освещался в прессе. Пара рассталась в декабре 2011 года после пяти с лишним лет брака и рождения троих детей. С тех пор Никола Джой стала пытаться отсудить активы стоимостью 40 миллионов долларов, которые, как она считает, должны принадлежать ей. На кону минимум два лондонских дома, чартерный самолет, шато во Франции с 6 спальнями, вилла на Карибах и земельный участок в швейцарской горнолыжной деревне.

Джой-Моранчо, авиамагнат из Зимбабве, настаивает, что состояние принадлежит офшорам, а не ему. Он утверждает, что окажется на грани финансового краха, если его заставят выполнить требования бывшей супруги. В конце 2014 года английский судья решил судьбу некоторых спорных активов, в том числе винтажных автомобилей, которые стоят миллионы. Коллекция из 35 машин включает Бентли, Феррари и два МакЛарена, но наиболее симпатичен Джою-Моранчо Альфа-Ромео, как он пояснил суду.

panama papers, рыболовлев прятал в офшоры, офшоры при разводе, спрятать имущество в офшоры от жены, делятся ли офшоры при разводе,
Автомобиль Бентли, похожий на тот, который Джой пыталась истребовать по суду, фото: Sémhur (CC BY-SA 4.0-3.0-2.5-2.0-1.0)

Судья, сэр Питер Сингер, признал необоснованными требоования Джой по части машин и их компенсации их стоимости. Даже несмотря на то, что Джой-Моранчо называет коллекцию «своей», с точки зрения закона машины принадлжат не их водителю, а трасту — через офшорную компанию. Джой присудили 180 тысяч долларов в год до того момента, когда по делу о разделе остальной части имущества Джоя-Моранчо будет постановлено итоговое решение.

Судья подверг критике обе стороны, однако самые сурове слова приберег для Джоя-Моранчо, его друзей и партнеров по бизнесу.

— Их позиция — непростая загадка, реализация которой происходила безжалостно и без оглядки на издержки, — пишет судья, описывая случай бывшего супруга «гнилой системой ценностей, основанной на сокрытии и введении в заблуждение, которая являет собой притворство, фарс, фальшивку, является поддельной и надуманной».

Файлы показывают, что Моссак Фонсека были частью офшорной системы ценностей Джоя-Моранчо в течение долгих лет. Компания располагала сотнями е-мэйлов и файлов по Джою-Моранчо, связанным с ним партнерам и сделкам в период с 1997 года. Фирма заработала тысячи долларов на бумагомарательстве в интересах тех же компаний и директоров, что использовались в Англии для оспаривания притязяний его бывшей супруги.

В мае 2013 года юристы Джой направили в Моссак Фонсека судебное постановление о заморозке состояния Джоя-Моранчо до тех пор, пока суд не разделит совместно нажитое супругами имущество. Как представитель компании Glengarriff Property Holdings Limited с Британских Виргинских островов, которая владеет двумя домами в Лондоне, Моссак Фонсека запрещены любые действия, способные ущемить права Джой.

— Последствия нарушения судебного постановления серьезны, и мы, как зарегистрированный агент, должны действовать ответственно, — предупреждала своих коллег Дафна Дюран, руководитель юридической службы Моссак Фонсека в подразделении комплаенс на Британских Виргинских островах.

В любом случае, это не имеет особого смысла. Судья Сингер постановил, что Джой-Моранчо передал права владения на лондонские дома офшорному трасту до того, как женился на Джой. Поэтому она не может претендовать на раздел этого имущества как нажитого в браке.

— Я была наивна и простодушна, и понятия не имела, что значит траст, когда вышла за него, — сообщает Никола Джой в письме ICIJ. — Проблема в том, что стоимость борьбы с этой несправедливостью очень стесняет меня, и мой бывший это знает. Законодательство должно измениться, эти офшорные трасты являются насмешкой над правосудием.

Джой-Моранчо не ответил на запрос с просьбой прокомментировать ситуацию.

Судья может в итоге решить судьбу того, что остается от 40-миллионных притязаний Джой. Но офшорные компании и трасты на ее пути бросают Джой тот же вызов, что и многим другим экс-супругам, которые пытаются выследить активы по всему миру. и за всем этим, как пишет судья Сингер, стоит ее бывший супруг, который жаждет задавить ее в финансовом отношении. У него есть два «страха», считает судья: заплатить что-то сборщикам налогов или бывшей супруге.

Перевод ofshorki.com

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *